Содержание

Чернятинский Николай Николаевич

Годы жизни: 1897-1961

Место рожд.: г. Одесса

Образование: Одесская консерватория

Годы ссылки:

Обвинение и приговор: Арест - 17.04.1945 г. Приговор 21.06.1945 г. (по ст. 54-1а УК УССР) - 10 лет ИТЛ.

Род деятельности Дирижёр

Места ссылки

Биография

: Чернятинский Н.Н. родился в Одессе. Окончил Одесскую консерваторию (1917). Профессор (c 1918 преподаватель, в 1935-1942 доцент, в 1942-1944 профессор) и ректор (1942-1944) Одесской консерватории, преподавал там же. В 1930-е - доцент по классу дирижирования. С 1942 - директор консерватории. На момент ареста - дирижер Кишиневского музыкально-драматического театра. Арест. 17.04.1945. Приговорен 21.06.1945 по ст. 54-1а УК УССР к 10 г. ИТЛ. В заключении - музыкальный руководитель и дирижер симфонического оркестра Дома культуры КВО Управления Печорлага. Был руководителем хора в Ермаково. Освободился в сер. 1950-х. После освобождения - дирижер Кишиневского музыкально- драматического театра. Умер в Кишиневе. Реабилитирован Одесской обл. прокуратурой в 1993.

Рецензии

                1. Рассказ очевидца
         САВНОР Ванда Антоновна
  «Володю устроили в детский сад в Новом городе. Александр Яковлевич продолжал строить в колхозе мосты - другой работы «поселенец» найти не мог. Я готовила концертную программу и дуэты из «Сильвы» и «Марицы». Н.Н. Чернятинский предложил мне самой выбрать партнера к дуэтам. Мое внимание привлек Павел Пустовойт - мужественный тенор, с хорошей внешностью. Я попросила его петь дуэты со мной, и он с радостью согласился.

В театре был оркестр, которым руководил Н.Н. Чернятинский. Среди оркестрантов был ведущий скрипач Фоля (Ефраим) Тольенский. Его я встретила в Москве в 1989 г., он играл в театре Станиславского (в 1995 г. он умер). В Игарском театре было много талантливых актеров. Среди них: артисты оперетты Дора Петрова из Николаева, артист Иркутской оперетты В. Аксенов, артист Малого театра Б. Ничеухин, тенор И. Чигринов, режиссер Л. Оболенский, артисты Д. Крайнов, Л.И. Юхин, балетмейстер Б.Е. Скворцов, балетная группа, художник Кировского театра Д. Зеленков. Из вольнонаемных был режиссер А. Алексеев, по натуре грубый человек, не имеющий понятия о режиссёрской этике… Вспоминается один из концертов, в котором серенаду Арлекина из оперы Леонковалло «Паяцы» пел В. Аксенов. Эту партию с ним готовил В. Топилин. Дирижировал Н.Н. Чернятинский. И Аксенов, то ли от волнения, то ли… перепутал все слова… За кулисами стоял хохот! А Топилин едва сдерживал себя… Но публика ничего не поняла и приняла номер аплодисментами. Я готовила сцену Марины Мнишек и Самозванца из оперы М. Мусоргского «Борис Годунов», (Самозванец - И. Чигринов), но спеть ее не пришлось. Театр вскоре расформировали, заключенных актеров отправили в разные лагеря: кого-то в далекий Тайшет, кого-то в Ермаково и Норильск. В Тайшет уехал Л.И. Юхин, В. Аксенов и всеми любимый блестящий пианист, участник международных конкурсов, концертмейстер Д. Ойстраха Всеволод Топилин (там он стал лагерным фельдшером).» 2.«УНЕСЕННЫЕ ВЕТРОМ» В.Смирнов «Судьба Н.Н.Чернятинского, сравнительно с другими арестованными, была более благополучной [5]. Обладая, видимо, незаурядными организаторскими способностями, воссоздав в короткие сроки при оккупационном режиме работу консерватории и Оперного театра, Н.Н. Чернятинский приобрел и недругов, пытавшихся взять «реванш» сведением личных счетов после его ареста.

 Постановление на арест Н.Н.Чернятинского по принятому к производству делу № 2768, датировано 24 апреля 1945 г. В это время Н.Н.Чернятинский жил в Кишиневе, в Варфоломеевском переулке. Он работал в Музыкально-драматическом театре дирижером. 
 По ордеру на арест от 7 марта 1945г. № 49 обыск в Кишиневе был произведен 17 апреля 1945 г. Были изъяты письма, удостоверение, а также часы "металлические со светящимся циферблатом". Н.Н.Чернятинский был арестован Управлением НКГБ по Одесской области "по подозрению в антисоветской деятельности в период проживания на оккупированной территории г.Одессы" по статье 54-1 "а" УК УССР. Ему инкриминировались благотворительные концерты "в пользу общества офицеров бывшей русской армии", а также "вывоз из Оперного театра нотной библиотеки". 
 Допросы проводились 19, 24, 26, 28 апреля, 13,21,25 мая 1945 года. "Организаторами восстановления работы консерватории явилась группа педагогов", - говорил на допросах Н.Н.Чернятинский. Он признал, что ему приходилось выражать благодарность румынским властям за освобождение от большевизма. Так было на открытии консерватории, которое началось с молебна и выступления хора из собора. Было 300-350 человек. Так было и на собрании студентов университета, когда отмечалась годовщина возобновления работы. 
 Свидетели добавляли ко всему сказанному свои обиды и предположения, на которые Н.Н. Чернятинский отвечал во время допросов. Любопытно, что и во время оккупации пианистка оперного театра Лидия Лычева донесла в сигуранцу, что Чернятинский "не верил в бога и преследовал при большевиках верующих". Об этом Н.Н.Чернятинскому сказали при вызове в сигуранцу. Теперь же, при советской власти, Л.А.Лычева говорила о "нелегальных связях Н.Н.Чернятинского с Румынией". 
 В ответ на обвинения Н.Н.Чернятинский объяснял взаимоотношения с сотрудниками своими методами административной работы, которыми ему приходилось пользоваться. Любопытно, что во время следствия фамилия основного администратора консерватории во время оккупации бывшего преподавателя украинского языка П.Н.Маркова не была названа. А именно П.Н. Марков давал приказания на вывоз литературы. Заседание суда и объявление приговора состоялось 21 июня 1945 г. 
 В середине 50-х годов Н.Н.Чернятинский вернулся к своей работе в Кишиневе, где умер в 1961 году. 
 10 января 1993 года "в связи с отсутствием совокупности доказательств, подтверждающих обоснованность приговора по статье 54-1 УК УССР", Н.Н.Чернятинский был реабилитирован Одесской областной прокуратурой. В 1948 и 1957 годах просьбы о реабилитации остались "без удовлетворения". 
 О реабилитации дирижера и композитора Н.Н. Чернятинского через 32 года после его смерти был извещен его племянник В.М. Гридин [5].»

3. «ЖИЗНЬ И СУДЬБА»

    Владимир Гридин  Общественно-политическая газета «Слово» №2 (269) 9         января 1998 года.

«Речь идет о Н.Н. Чернятинском. Уроженец Одессы, он с 9-летнего возраста занялся музыкой - сперва как воспитанник одного из полковых духовых оркестров, а затем как студент открывшейся консерватории и ее выпускник 1917 года с золотой медалью. Его полувековой профессиональный список впечатляет: это и преподавание по классу кларнета с 1920 г., и руководство хором в Оперном театре после пожара в нем, и должность доцента консерватории по классу дирижирования в 30-е годы, и шефская работа в воинской части, и композиторское творчество (для хора и кларнета). Особенно много сил отдавал юбиляр деятельности перед войной в студенческом симфоническом оркестре, с которым и выступал в концертах, и несколько раз выезжал на летние гастроли в другие города, и из которого вышло немало прекрасных музыкантов и даже дирижеров. Поныне сохранились номера мариупольской и ялтинской газет с благодарными отзывами слушателей о доценте Чернятинском - не только дирижере, а и лекторе, выступавшем перед каждым концертом. Правда, эта работа не обошлась без опасных последствий в пору ежовщины. В октябре 1937 г. был издан приказ тогдашнего директора консерватории, в котором значилось: «За антисоветскую выходку на репетиции хора Чернятинского Н.Н., который не оправдал себя в деле воспитания советских кадров, с педагогической и административной работы… снять». Легко понять, чем это могло тогда кончиться для доцента - «воспитанника царской казармы», как тогда же зло заметила одна из одесских газет, и он не только оставался свыше полугода без работы, а и прямо обзывался на общем собрании, где пытался как-то оправдаться, «врагом народа». Но вскоре парторг Мирошник, «не давший слова» Чернятинскому, был сам посажен вместе с инструкторшей из райкома, разбиравшей «дело доцента Чернятинского» (как оно было названо в другой газете - «Чорноморська комуна», где оклеветанного педагога оправдали). Но спустя несколько лет тот же директор консерватории Л.Г. Кандель назначит Чернятинского своим преемником, когда с началом войны случится ее официальная эвакуация. Неофициально же Николай Николаевич не просто остался при казенных символах - круглой печати и штампе консерватории - или в кабинете, где висели портреты великих русских композиторов Чайковского и Римского- Корсакова: он и обеспечил охрану ценного инструментального и библиотечного хозяйства, и организовал оставшихся преподавателей для репетиторской работы с учащимися, и собрал новый симфонический оркестр по заданию городских властей для выступлений в пору осады Одессы. Эта же деятельность получила высокую оценку в советской печати за месяц до эвакуации города, а за день до прихода врагов Чернятинский еще выступал по радио в перекличке «осажденных городов»…

Тогда ему пришлось также возглавить работу по ремонту здания консерватории, поврежденного от бомбежек (снесенная крыша, разбитые окна). Там же его застал немецкий комендант, от которого удалось унести советские атрибуты и портреты вместе с кабинетным ковром, как и довелось спастись от расстрела - кары после взрыва комендатуры в парке Шевченко.

А Оперный театр в ту пору тоже переживал свою трагедию, и Чернятинский не остался в стороне. Театр был закрыт еще с конца июня - после спектакля «Кармен», а спустя месяц часть его администрации ушла пешком в эвакуацию, и 15 октября в 20.00 погас свет во всем здании. Еще 16-го утром его бомбили, и фугаски упали в восьми метрах от театра, а потом возник пожар, продолжавшийся до следующего дня. Когда же его погасили своими силами, то с крыши пришлось сбросить пять тонн пепла.

Но в тот же день туда пришли новые руководители города - румынский «примарь» Г. Пынтя и его заместитель «по культуре» К. Видрашку, чтобы через две недели объявить там об открытии театра. На собрании всех работников его главным дирижером был избран Н.Н. Чернятинский и уже через месяц - в середине декабря он дирижировал первым спектаклем - «Евгением Онегиным», как и двумя западными - «Фаустом» и «Риголетто». А еще через месяц зазвучало и «Лебединое озеро» - первый балетный спектакль, открывший дорогу другим: «Жизели» с «Корсаром» и «Фадеттой». Но все же преобладали в репертуаре русские постановки, и прежде всего оперные - «Царская невеста» и «Борис Годунов», а из произведений Чайковского была поставлена «Пиковая дама» и готовилась «Иоланта», как и звучали со сцены его симфонические произведения: 5-я симфония, «Славянский марш» и увертюра «1812 год».

Правда, за этим торжеством русской классической музыки перед лицом оккупантов, не скрывавших своего удивления культурным обликом Одессы, была и этакая горькая сторона, которую в первую очередь всегда ощущал на себе Чернятинский. Ведь тогда перед каждым представлением в Оперном театре должен был звучать гимн победителей, а по праздникам - также итальянский и японский. И пока они звучали, за спиной дирижера публика вставала, в том числе немцы - со вскинутыми руками в партере и в ложах…

Пожалуй, еще большим испытанием для него явилось то, что было связано с консерваторией. Не получая - как по совместительству - там ничего за свою работу, профессор Чернятинский был назначен ее директором с начала 1942 года. Он сознательно пошел на эту тяжкую миссию, лишь бы сохранить от разграбления имущество и ноты любимого музыкального учреждения, а также предотвратить угон всего контингента оставшихся студентов на трудповинность. Так как основное здание консерватории оставалось за немецкой комендатурой, как и музучилища - за эсэсовской службой для местных немцев, пришлось оборудовать для занятий помещение школы им. Столярского на Сабанеевом мосту, хоть и тоже пострадавшее от бомбежки и обстрелов. Там были воссозданы и основные учебные факультеты в придачу с театральным, и организован общеобразовательный лицей, и восстановлены хор и оркестр. Это было похоже на деятельность в ту же пору директора Парижской консерватории под Версалем Клода Девелькура, попавшего потом в концлагерь. Заслугой же одесского директора стало и возобновление исполнения той музыки, которая была, по сути, запрещена в советских условиях (например, произведений С. Рахманинова или такого хора Чайковского, как «Был у Христа-младенца сад»). Наконец, под его началом осуществилась тоже запрещенная раньше постановка одноактной оперы В. Ребикова «Елка», поставленная исключительно силами студентов в Оперном театре. А издержками - вроде оперных - стали необходимые «благодарности» в адрес румынских властей (в том числе за освобождение из гетто евреев-преподавателей), даже на имя «самого» губернатора Транснистрии после его ухода с поста (под давлением дирекции культуры губернаторства), хотя директор и отказывался выступать по инициативе созданного при университете так называемого «Антикоммунистического института» с лекциями, как и в местных газетах. И лишь не удержался от требования эвакуироваться из Одессы в марте 1944 г. вместе с другими деятелями культуры города. За это Николай Николаевич потом был тяжело наказан, несмотря на заступничество тогдашнего советского начальника контрольной комиссии в Западной Румынии полковника В. Шауры - будущего заведующего отделом культуры ЦК партии при Брежневе. Он был осужден «за измену Родине» на 10 лет и попал на Крайний Север, где, правда, тоже не оставил музыку, а сумел даже в лагерных условиях наладить какую-то концертную деятельность силами таких же заключенных и ставить там целые спектакли, о которых потом с изумлением писали в московских журналах «Новый мир» и «Театр»…

Но, к сожалению, на своей родине - в Одессе, Чернятинский не нашел своего места впоследствии, когда освободился и даже был реабилитирован. Лишь его верный довоенный друг, тоже ставший консерваторским ректором, С.Д. Орфеев с почестью принял его однажды в стенах этого учебного заведения - того самого, чьи печати и портреты из кабинета бывший директор бережно сохранил, как и большинство нотных произведений.

Свою «колючую» судьбу неутомимого честного музыканта Николай Николаевич с достоинством завершил в Кишиневе, принятый там и обласканный бывшими учениками, в том числе одним из будущих ректоров консерватории в Одессе В.П. Повзуном.

Теперь многие из них вместе с общественностью консерватории отмечают 100-летие Н.Н. Чернятинского - поистине значительного музыкального деятеля Одессы.» Владимир Гридин Общественно-политическая газета «Слово» №2 (269) 9 января 1998 года.

Источники

1. Гридин, В. Жизнь и судьба : [о судьбе Н.Н. Чернятинского] Слово. - 1998. - № 2 .- 9 янв. 2. Марченко, З. Д. Семнадцать лет на островах ГУЛАГа / З. Д. Марченко. - М. : Возвращение, 1999. - С. 103. 3. Смирнов В.А. Унесенные ветром Musica Ukrainica: Iнтернет-журнал/ - www.musica-ukrainica.odessa.ua/_a-smirnov-wind.html